Путешествие за границы безысходности

Путешествие за границы безысходности

О видах профессиональных тупиков и о выходе за их пределы.

Данная тема будет более детально раскрыта на авторском мастер-классе Орении Яффе-Янаи "Генетический код личности. Как найти и реализовать свое призвание", который состоится 19 ноября в Киеве.


На различных этапах жизни многие люди сталкиваются с выраженной более или менее остро неудовлетворенностью своим положением в жизни и при этом не находят в себе сил и способностей выйти из проблемной ситуации самостоятельно. Если вы чувствуете себя именно так, то в первую очередь попытайтесь ответить на вопрос: если бы в вашей жизни не было вообще никаких ограничений, чем бы вы занимались? Если бы на вашем пути не было преград – реальных или воображаемых, что бы вы обязательно сделали?

Честный ответ позволит вам понять, что на самом деле вы хотели бы сделать со своей жизнью. Только избавившись от иллюзий, страха и неуверенности, вы сможете принять свои истинные цели и понять, что вы сами считаете обстоятельствами, которые вас якобы ограничивают. Все эти размышления – материал для подготовительных работ по изменению себя и своей жизни. Вы можете обнаружить в ней опасные зоны там, где, как вы считали, все развивается нормально. Можете выявить страхи или ожидания, тормозящие процесс вашего развития. А еще на поверхность могут всплыть новые идеи, например, когда вы скажете: «Я люблю философию, но работать в сфере высоких технологий – вот это действительно здорово».

Не каждый специалист в области высоких технологий хорошо зарабатывает и не всякий философ беден. Определяющий фактор здесь – насколько человеку подходит его работа. Чем больше внимания вы сможете уделить своим ключевым потребностям, тем больших результатов достигнете. В этом ключ к успеху на стремительно меняющихся рынках с жесткой конкуренцией, где от каждого игрока требуется быстрое и правильное реагирование на перемену обстоятельств. Как правило, каждый в глубине души знает, чем он на самом деле хотел бы заниматься. Формируя среду, соответствующую своим потребностям, и выстраивая отношения, обеспечивающие ему поддержку, человек тем самым развивает свою способность фокусироваться на самом важном, чтобы сделать правильный профессиональный выбор.

Тупиковые ситуации бывают в эволюции каждого индивидуума. Но профессиональный тупик – это не обязательно неудача. Его можно расценить как возможность остановиться и прислушаться к своему внутреннему голосу, к своим истинным потребностям, распознать и оценить свои основные поведенческие схемы. Это поможет выявить и устранить причину «синдрома сгорания» и подтолкнуть к новому росту. Тупик – это и конец, и начало. Он может быть болезненным, может повергнуть в замешательство и разочарование. Но если человек примет случившееся как факт и будет над собой работать, то сможет выйти из тупика окрепшим и внутренне обогащенным.

– Я никогда не забуду, – рассказывал Фред, опытный журналист одной ведущей ежедневной газеты, – как в детстве часами лежал на траве, глядя на облака и прокручивая в уме бесконечные истории. С тех пор, скажу я вам, ничего не изменилось: я точно так же создаю истории, только теперь я их записываю и получаю удовольствие от каждой секунды этого процесса. С годами удовольствие не стало меньше, и профессию я менять не собираюсь. Однако мне понадобилось много времени, чтобы понять, что именно таков мой выбор. А ведь до того я был постоянно без копейки, тыкался то туда, то сюда в попытках заработать на жизнь…

Как показывает мой опыт, в возрасте от четырех до шести лет дети начинают задавать вопросы, касающиеся их половой принадлежности, о том, на кого они больше похожи, что будут делать, когда вырастут. Их суждения о будущих профессиях, как правило, стереотипные: мальчики хотят быть милиционерами, космонавтами или спортсменами, девочки – актрисами, фотомоделями или певицами. Часто на подобные вопросы маленькие дети отвечают, что хотят быть «как папа» или «как мама». Наблюдая за тем, что больше всего любит делать ребенок, например, рассказывать истории, собирать конструктор, командовать другими детьми, можно понять, какая сфера ему по душе, и уже в таком раннем возрасте готовить его к правильному выбору профессии. Многие из тех, кого я консультировала, анализируя свою карьеру, вспоминали, что уже лет в пять знали, чем хотели бы заниматься, когда будут взрослыми, но тогда, да и позже они не думали, что именно это и будут делать, потому что очень часто слышали: «Эта профессия тебе не подходит» или что-то в этом роде.

Фред получил разрешение следовать велению своего сердца в раннем возрасте. Выстраивать миры и выдумывать истории, глядя в облака, было его игровой формой самовыражения, которая через много лет превратилась в образ жизни. Родители уважали право маленького Фреда на самовыражение, и это приносило ему огромную радость. Свои «статьи» он начал писать в уме где-то с пяти лет. Лежа на траве и играя словами, он развивал свои творческие способности, практиковал собственные методы самовыражения. Прошло двадцать лет, у него в руках оказались уже новые инструменты для самовыражения, но творческое воображение было все то же. Фреду понадобилось время, чтобы понять, что его детская игра в сочинение историй была путем в журналистику. И только через несколько лет журналистской работы он смог задним числом дать себе разрешение интегрировать свое увлечение с работой и получать от
этого удовольствие.

КАК ПОНЯТЬ, ЧТО ВЫ ОКАЗАЛИСЬ В ПРОФЕССИОНАЛЬНОМ ТУПИКЕ
А. Почему я зашел в тупик?
Б. Что собой представляет мой тупик?
В. Что нужно, чтобы продолжить движение?

А. ПОЧЕМУ Я ЗАШЕЛ В ТУПИК?
Десять видов профессиональных тупиков
В приведенной ниже классификации, которую я разработала, основываясь на собственных наблюдениях за людьми, описаны десять видов профессиональных тупиков. Помимо них, конечно же, существуют и другие, но я хочу обратить ваше внимание именно на эти наиболее распространенные тупиковые ситуации.

1. Мне запрещено следовать собственному профессиональному выбору

В отличие от Фреда, который знал, что ему нравится делать, и сам решил, что это будет его профессиональным выбором, Эрик знал, чего хочет, но чувствовал, что на осуществление этого его желания наложен некий запрет. Успешный финансист, Эрик пришел ко мне, когда ему было уже за пятьдесят. Он решил обратиться за советом к профессиональному психологу, потому что ему не давала покоя мысль о смене рода деятельности. Он достиг немалых успехов в работе, но теперь все острее чувствовал, что застрял на месте.
– Я не знаю, чем хотел бы заниматься на самом деле, – сказал он мне.
– Если бы вас ничто не ограничивало и вам была бы дана возможность заниматься
тем, к чему лежит душа, – спросила я, подбираясь к моему «волшебному» вопросу, – что бы вы предпочли?
– Не знаю, – сказал Эрик, – зато знаю, чем хочу заниматься, когда выйду на пенсию.
– И чем же?
– Я бы хотел изучать и преподавать философию, – сказал он решительно. – По правде сказать, я бы хотел быть философом.
– А почему вы думаете, что уже им не стали? – упорствовала я.
– Да что вы, это невозможно, не могу же я вот так просто все бросить и пойти учиться. Да я никогда и не отличался особыми способностями. Но знаете что? Даже если я не буду изучать философию, глубоко в душе я все равно буду философом.
Психометрическое тестирование показало, что у Эрика очень высокий уровень обучаемости, ярко выражены абстрактное мышление и способности к обучению. Будучи финансово независимым, он мог позволить себе работать неполный день и пойти учиться. Мы оба знали, что ему нужно сделать только первый шаг. Выбор был за ним.
– Что удерживает вас от того свободного выбора, который вы можете сделать прямо сейчас? – спросила я.
– Не знаю, – последовал ответ, – просто чувствую, что не могу двинуться дальше.
Какая-то неведомая сила запрещает мне делать то, к чему склоняется моя душа. Может быть, у меня на это нет разрешения. Но как же это так, чтобы уважаемый и уже немолодой человек вдруг стал делать то, чего душа пожелает?
– А почему бы и нет?
– Знаете что? Действительно, почему не сделать это сейчас?
После минутной паузы Эрик озвучил свои размышления:
– Действительно, почему бы и нет? Может, и вправду не надо ждать до пенсии?
Это был первый шаг Эрика по длинной и трудной дороге. Сложности, связанные с предоставлением себе разрешения состояться, исходили из далекого прошлого. Эрик
вынужден был бороться не только с самим собой, но и с памятью о покойном отце, который восемьдесят лет назад потерял своего отца и в одночасье вынужден был превратиться из блестящего студента – истинного философа – в кормильца семьи, добытчика.
– Он был уже давно не бедным человеком, – вспоминал Эрик, – но всякий раз, когда я начинал обсуждать с ним философские темы, в его глазах появлялся живой огонек. Но, правда, очень быстро этот огонек гас, и отец говорил: «Ладно, хватит фантазировать, надо жить реальной жизнью». Мы оба знали, что его влекут философия, этика, глубины человеческого духа. Но как мог человек, которому нужно было зарабатывать на хлеб насущный для семьи, тратить время на «роскошь для духа»? Тогда люди не задумывались над тем, чтобы превратить философию в способ добывания средств к существованию.
Этот запрет передался от отца к сыну. Ситуация Эрика – классический конфликт с отцом, который, не сумев себя реализовать, хочет видеть, как реализуются мечты его наследника, но не может этого допустить. Сожаление и страдание от того, что собственный шанс упущен, переплетаются с неосознаваемой завистью по отношению к своему ребенку, который стремится к самовыражению. Родители, не получившие в свое время разрешения реализовать веление собственной души, неспособны дать такое разрешение детям.
Эрик был одним из категории людей, знающих, чем хотят заниматься, но, тем не менее, оказавшихся в профессиональном тупике, связанном с самоидентификацией с родителями, которые не смогли посвятить себя истинному призванию и сильно из-за этого страдали. Дети не могут реализовать себя просто потому, что не хотят соперничать с родителями.

2. Мне запрещено знать, что мой выбор правильный

Такое часто происходит с детьми, родители которых расстаются – разводятся официально или просто отдаляются эмоционально. Яркий пример «эмоционального развода» привела Тамми, рассказывая о своих родителях:
– Когда мои родители выясняли отношения, кто-то из них, как правило, спрашивал меня: «Тамми, дорогая, ты кого больше любишь – мамочку или папочку?» Я никогда не отвечала. Я боялась, что случится что-то ужасное, если я скажу, что кого-то из них люблю больше, что тот, кого я обижу своим ответом, уйдет из дому.
Тамми научилась не выбирать. Она не могла выбрать имя своей дочери, не могла решить, хочет заказать рыбу или мясо в ресторане, колебалась с выбором профильных предметов в колледже. Боязнь выбирать, заложенная в далеком детстве, отразилась на всех сферах ее жизни. Только серьезная помощь психолога помогла Тамми постепенно понять, что ни один ребенок не в состоянии спасти распадающийся брак родителей.
Запрет знания и выбора может произрастать также из чувства ответственности. Выбор и самопознание подразумевают действия. Для многих людей совершить необходимые действия невероятно сложно. С раннего возраста их приучают не знать, что для них предпочтительно. А когда не знаешь, чего хочешь, не приходится делать выбор, а значит, и шаги, за которые пришлось бы самому нести ответственность.
Изменения, кроме всего прочего, требуют приобретения, усвоения новых знаний и нтегрирования их с уже имеющимися, как это пришлось сделать Тамми, когда она поняла, что не может спасти брак родителей. Запрет, с которым столкнулся Фред, состоял в его отношении к собственным действиям. Для Фреда-журналиста осознание того, чего он хочет, было связано с наличием разрешения выбирать и обязательством действовать. Он должен был сделать шаг в известном направлении. Если в незнании заключается первопричина и оно, по сути, является для человека защитой, то знание становится для него угрозой. Ведь если ты знаешь, чего хочешь, то ничего не делать в этом отношении очень опасно, действовать надо обязательно. А любые действия дают результаты, что, в свою очередь, подразумевает покорение или непокорение определенной высоты.

3. Я не знаю, что выбрать или что делать

В такой тупик попадают люди, которые предпочитают не знать, чем хотят заниматься. Классический пример – Питер Пэн. Земная, реальная жизнь ему однозначно не по душе, другое дело – свободный полет без каких бы то ни было обязательств! Взрослый человек, он отлично чувствует себя среди детей, словно общение с ними – его призвание, правда, неоплачиваемое. Я не исключаю, что среди миллионов детей, которые без ума от образа Питера Пэна, найдется кто-то, кто задумается над вопросом: а чем, собственно, занимается Питер Пэн, кем он работает?
Вечный студент, неспособный пустить корни (читай – взять обязательства) на каком-то определенном участке, – вот вам современное воплощение образа Питера Пэна. Он перескакивает с одного факультета на другой, переключается с одной отрасли на другую, с предмета на предмет, а когда его спрашивают, чем же он зарабатывает на жизнь, выдает стандартный ответ: «Я еще не закончил университет». Иначе говоря – «я еще не выбрал, потому что я еще не знаю».
К категории «я-не-знаек» относятся люди, послушно следующие в юности тому профессиональному выбору, который за них делают родители, а далее – общепринятым нормам. Лучшие из них становятся учителями, врачами и инженерами, прозябающими в постоянном недовольстве собой. Их выбор соответствует ожиданиям окружающих, но, к сожалению, не соответствует, а то и вовсе противоречит их собственным потребностям. Это может перерасти в хроническую неудовлетворенность собой и бесконечный поиск путей самореализации.
Наоми, одна из моих клиенток, – классический пример хорошей дочери, которая не знает, что выбрать. Ее отправили учиться в пединститут. Как предполагалось, такое образование должно было обеспечить ей достойный уровень жизни и помочь стать хорошей матерью и женой. Наоми, тогда еще не состоявшаяся как личность, не смогла противостоять выбору, сделанному за нее родителями, которые очень плохо представляли себе ее внутренний мир и глубинные потребности. Неуверенная в себе девушка приняла выбор родителей и стала посредственным учителем. И только осознав, что реализовать себя в работе невозможно, не зная собственных потребностей, Наоми поняла, что имеет право взять на себя ответственность за выбор дороги, по которой ей идти, и профессии, которой она себя посвятит.
Мой отец, который тоже был неудовлетворен своей жизнью и работой учителя, часто повторял мне: «Забудь весь этот психологический бред и иди работать учителем. У тебя будет все: достойная зарплата, каникулы, а еще – женский коллектив, который всегда поможет». Когда я получила диплом специалиста по клинической психологии, который, кстати, превратился в предмет гордости для моих родителей, отец слегка расстроено и, возможно, немножко завидуя, сказал мне: «Это значит, что ты не будешь учителем?» А я, чтобы успокоить его, улыбнулась: «Не расстраивайся, пап, я могу преподавать психологию в университете». И решила начать с работы помощника преподавателя.
Большая часть людей, выбирающих «надежную профессию» – инженера, юриста или врача, думают, что эта профессия гарантирует им стабильный доход. Интерес к этой деятельности – фактор менее важный в их глазах. Как и то, что их способности и таланты порой абсолютно не соответствуют выбранной сфере.
– Вы правы, – сказал мне как-то один папаша, признавая противоречие между способностями и сферой деятельности своего сына, – но мне важно знать, что у моего сына хорошая специальность, даже если он никогда не будет по ней работать…
Миф о выборе хорошей профессии со временем видоизменился: сейчас в таком выборе определяющую роль должны играть лучшие качества человека, его умения и желания.

4. Мне запрещено признавать, что мой выбор соответствует моему истинному «я»

В профессиональные тупики четвертой категории попадают те, кому разрешено выбирать и реализовывать себя, но не разрешено признавать это и получать от этого удовольствие – чувствовать это и как-то проявлять. Даниэль, специалист в области мультимедиа, о котором я рассказывала в первой главе, относится именно к этой группе. Он был убежден, что занимается не тем, чем должен, и поэтому производил впечатление человека, настолько неудовлетворенного своей работой, что едва не попал под увольнение.
Люди, сталкивающиеся с подобного рода запретом, как правило, являются детьми родителей, которые не сумели реализовать себя и продолжают жить с бременем такой неудовлетворенности. Они выбрали работу по душе, но были неспособны признать, что сделали это. Отец Даниэля работал оформителем, художником-графиком, но из-за давнего дедушкиного вердикта, который гласил, что «только живописец – настоящий художник», и Даниэль, и его отец долгие годы прожили с чувством, что оформительство – это слишком мелко, хотя на самом деле именно графика была их истинным призванием.
В подобных случаях первым шагом к выходу из профессиональной ловушки, в которую попадает одно поколение за другим, должно стать осознание, что ты в нее попал. Второй шаг – переосмысление негативных семейных установок и создание собственных определений и формулировок на основании исконного призвания твоей семьи.

5. Я не знаю, как реализовать свой выбор

В такой ловушке оказываются люди, которые знают, чем хотят заниматься, но не знают, с чего начать или какие профессиональные инструменты им необходимы. Бездействуя, они подвергают себя очень большому риску «опоздать на поезд» – остаться нереализованным, не состояться. Среди них немало людей харизматичных, с очевидными талантами, настойчивых и смелых. Но они не могут или не хотят сфокусироваться на чем-то одном и сделать рывок в конкретном направлении. Цель свою они видят четко, но не способны очертить дорогу к ней или найти средства для ее достижения.
Стюарт был талантливым бизнесменом, но не имел представления о том, как определить границы собственной рабочей среды. Он был не способен инициировать подписание контракта или провести переговоры, которые поспособствовали бы достижению его целей. Несмотря на коммерческую хватку, Стюарт, казалось, был обречен на сизифов труд, на вечное балансирование между успехом и неудачей.
Стюарт родился и вырос в очень бедной, почти нищей семье. Физический голод его детства превратился в желание поглотить все, когда он стал бизнесменом. Он никогда не ставил четких целей, не очерчивал пределов желаемого. Поскольку Стюарту в детстве родители никогда не покупали мороженого, став взрослым, он захотел стать владельцем кафе-мороженого. Поскольку его всегда мало волновали затраты на питание, неразумные с экономической точки зрения решения ставили его инвестиции под угрозу. К счастью, Стюарт начал анализировать свои ошибки и, постепенно нарабатывая новый, реконструктивный опыт, научился более взвешенно подходить к созданию новых предприятий, не бросаться в омут головой, как бывало раньше.
Не сразу, но Стюарт понял, что, устанавливая границы и соблюдая порядок – правила, стандарты, регламенты, он сумеет создать эффективную систему, которая выживет и в хорошие, и в плохие времена.

6. Я не хочу знать, каково мое истинное призвание

У людей, пребывающих под воздействием такого стереотипа, завышенные требования к себе, из-за чего им крайне сложно принять свое истинное призвание, потому что следование ему требует полной самоотдачи и, возможно, даже принесения в жертву собственной внутренней правды.
В их концептуальной системе взглядов не предусмотрено место для подобных компромиссов. Такие люди порой предпочитают не прислушиваться к себе до тех пор, пока не улучшатся условия.
Среди них много перфекционистов, которые четко формулируют для себя задачи, но путь к их осуществлению видится некоторым из них настолько сложным, что они предпочитают сложить оружие, не вступая в бой. Потребность в совершенстве – вещь жестокая. Сдаться без попытки осуществления своего замысла – очень легкий выход из ситуации, и перфекционисты часто выбирают именно его. Они рассматривают все «за» и «против», после чего очень редко предпринимают конкретные действия.
Типичный перфекционист в первую очередь спрашивает себя, стоит ли вся эта работа его времени и усилий. И, как правило, не хочет задуматься над двумя другими очень важными вопросами. Над тем, что речь идет о его собственной, а не чьей-либо жизни, и над тем, сможет ли он реализовать иную, пусть не столь амбициозную цель, но которая, как ни парадоксально это звучит, поможет ему стать гораздо счастливее.
Именно так было с Лео. Мать умерла сразу после его рождения. Лео был исключительно благоразумным и последовательным ребенком. Отец-тиран – несостоявшаясяличность с ярко выраженным стремлением контролировать все и вся – внутренне обвинял сына в смерти жены, снимая таким образом с себя вину за ее тяжелую беременность и трагическую смерть. С первых дней он воспитывал сына в предельной жесткости и строгости при полном отсутствии доброты и тепла. Ребенку было позволительно только идеальное поведение. Отца удовлетворяло только абсолютное совершенство. Однозначно «компромисс» не был словом, которое Лео усвоил бы от отца как составляющую его лексикона или как поход к решению жизненных ситуаций.
– Я сократил свой мир до минимума потребностей и к выполнению каждой новой задачи подходил столь основательно, что мне не оставалось ничего иного, кроме достижения успеха, – рассказывал Лео.
Лео был очень одаренным ребенком, но так и не смог выбрать для себя однуединственную область деятельности, распознать свое истинное призвание. Специалист за специалистом повторяли ему: «Если бы только вы решились на выбор, то вполне могли бы получить Нобелевскую премию». Но Лео реагировал стандартной фразой: «Может, тогда лучше и не выбирать». Личность, которая жила в нем, не могла выбраться из жесткого кокона абсолютного перфекционизма. Лео считал, что посвящение себя какому-то одному делу, только одной области из всех, в которых он был талантлив, заставило бы его страдать, а награда за эти страдания была бы слишком мала. Болезненная самокритичность заставляла его верить, что в любом случае ничего стоящего для себя он не получит.
Для многих людей этой «породы» принять свое истинное призвание – непосильная задача. Только очень длительная, упорная и целенаправленная работа над собой может ослабить их завышенные требования к себе.

7. Я очень нерешителен, но где-то глубоко в душе знаю, чем хочу заниматься

Как-то мне довелось общаться с одним мудрым человеком, который очень удачно описал эту седьмую категорию: «Когда в самолете вы заказываете себе на обед цыпленка, вы одновременно решаете отказаться от говядины». Принятие любого решения связано с определенными ограничениями, а для людей с хаотичными желаниями сделать однозначный выбор – серьезная проблема.
Но ведь многие способны принимать серьезные решения и в молодом возрасте, в частности, выбирая спутника жизни или занятие для самореализации. Часто такие люди чувствуют что-то вроде внутреннего голоса, который направляет их к правильному решению. Двадцатилетние девушки и парни не так уж и редко выбирают для себя партнеров, с которыми выстраивают счастливую жизнь.
Эти внутренние подсказчики помогают людям принимать решения, касающиеся не только профессии и карьеры, но и других сфер жизни. Многие выбирают свою профессию в юности и продолжают черпать в ней радость до глубокой старости.

8. Я нерешителен и не могу сфокусироваться на реализации одной цели

Очень многие талантливые люди не способны принимать решения. Кто-то, например, не может сфокусироваться на юриспруденции, считая, что это помешает ему серьезно изучать другие предметы. Таких людей я называю «профессиональными донжуанами». Они хотят сохранить за собой возможность «усидеть на всех стульях». Они обожают осваивать профессии в считанные дни и легко меняют занятия, всякий раз соблазняясь более романтичной перспективой. Они несутся по бесконечному лабиринту, теша себя мыслью, что где-то там, за углом, есть ниша, которую им предстоит для себя открыть. И даже признав, что постоянные перебежки из сферы в сферу означают на самом деле неудачу, они с огромным трудом заставляют себя на чем-то остановиться. Человек, постоянно избегающий принятия важных решений относительно своей
профессиональной деятельности, как правило, упускает шанс распознать свою истинную профессию, стремление к которой скрыто в самой глубине его души.
– Страх принятия решений сводит меня с ума, – сказал мне однажды Дик, очень талантливый и успешный человек, который постоянно менял место работы. – Вот сейчас я хочу изучать архитектуру и собираюсь в университет, но что будет, если через четыре года я вдруг пойму, что мне и этим скучно заниматься?
– И что же будет? – спросила я.
– Поменяю профессию, – ответил Дик.
Мы оба знали, что процесс смены профессий будет продолжаться до бесконечности или до тех пор, пока Дик не возьмет на себя ответственность и не найдет свое истинное призвание где-то в пределах досягаемости. Первопричина проблемы Дика заключалась не столько в сложности принятия окончательного решения о профессиональном выборе, сколько в боязни посвятить себя какому-то одному роду деятельности, взять на себя такое обязательство. Людям, подобным Дику, непросто связывать себя долговременными отношениями в любой сфере жизни. Чем больше они сближаются с чем-то или с кем-то, тем сильнее им кажется, что они задыхаются в этих отношениях, и они стараются как можно скорее сбежать – чтобы в сотый раз пройти через такую же ситуацию.

9. Я выбрал профессию под влиянием личностной травмы

К этой категории я отношу людей, которые пережили какие-то ужасные события, из-за которых их выбор существенно отклонился от «запрограммированного» природой. Случаев, когда физическая или душевная травма каким-либо образом сказывается на дальнейшей жизни человека, немало. Например, ребенок, обладающий художественным дарованием, после смерти от тяжелой болезни отца или матери переключается на совсем иной род занятий, никак не связанный с его исконными устремлениями. Он может потратить долгие годы на освоение сложной профессии, и все для того, чтобы лет в сорок понять, что имеет право следовать своему призванию.
Яркий пример такого внутреннего конфликта – история Крэйга. Его мать долгие годы болела рассеянным склерозом, и он решил, что, став специалистом в этой области, сам изобретет способ вылечить маму и других людей с таким диагнозом.
– Я считал, что если буду хорошо учиться, – рассказывал Крэйг, – то обязательно изобрету какое-то лекарство, которое спасет ей жизнь. Я был решительно настроен на карьеру врача и именно этим занимался на протяжении нескольких лет после смерти матери. Сегодня я отличный врач, но никак не могу избавиться от чувства, что в жизни что-то упустил. Короткий анализ фамильной истории Крэйга позволил сделать один интересный вывод: все остальные члены его семьи были успешны в бизнесе. Осознав, чего Крэйг хочет на самом деле, я убедилась, что семейный талант не обошел и его, просто он сбился с пути под влиянием травмы от продолжительной болезни и медленного угасания матери.
Я посоветовала Крэйгу не делать каких-либо резких поворотов в своей судьбе. Он действовал постепенно, начал с организации поставок импортного лекарства от кожных заболеваний, которое оказалось очень успешным продуктом на внутреннем рынке.
– Когда я буду уверен, что бизнес – это моя стихия, – сказал Крэйг на нашей последней встрече, – то соединю мои знания медицины с коммерческими способностями. До недавних пор я чувствовал, что, спасая жизни своим пациентам, я возвращаю к жизни свою мать. Но сейчас я, пожалуй, уже готов расстаться с иллюзией, что исцеляю ее и весь мир. В последнее время мне приносит все больше и больше удовольствия возможность ощущать, как пробуждается во мне предприниматель.
Крэйг смог позволить себе отпустить личную травму и двинуться вперед, к своему истинному выбору. Он освободился от тяжелого обязательства, которое когда-то на себя взял, – спасти жизнь матери и смог перенаправить всю свою энергию на коммерческие проекты, в которых действительно хотел себя реализовать.

10. На мое профессиональное развитие влияют детские впечатления

В последнюю из представленных здесь категорий профессиональных тупиков попадают люди, которые на раннем этапе жизни приобрели определенный опыт, помешавший им в дальнейшем реализовать свои таланты или распознать предпочтения. Некоторые из них даже пребывают в уверенности, что обязаны превратить эти детские впечатления в дело всей своей жизни. Джеральдин пришла ко мне, когда уже совсем отчаялась. Ей было двадцать шесть лет, и у нее не было никакой профессии.
– Меня ничто по-настоящему не интересует, – сказала она, – я никак не могу найти сферу, которая была бы мне по душе.
Ключ к загадке крылся в ее детстве: будучи ребенком, Джеральдин терпела частые обиды от отца.
– Отец просто затравил меня, – рассказывала она. – Постоянно все проверял: что я недоделала и что сделала не так, какие уроки не выучила, какие задания и поручения не выполнила. Мне досталась судьба не дочери, а падчерицы – одни тычки и ни грамма любви.
Пропуском Джеральдин в жизнь стала армия. Далеко от дома она открыла для себя нишу, нашла применение своим способностям в помощи солдатам, терпевшим издевательства командиров. Все соответствующие законы, постановления и приказы она знала наизусть и смело указывала армейским командирам на их ошибки, стоило кому-то из них допустить малейшее нарушение. Многие офицеры ее недолюбливали, зато солдаты обожали.
– А сейчас, через несколько лет после демобилизации, как вы думаете, есть ли у вас профессия?
– Нет, – ответила Джеральдин.
– А что, если я скажу, что на самом деле у вас уже есть профессия и вам нужно лишь перевести ее в реальную плоскость вашей жизни?
На последующих сеансах мы рассмотрели несколько вариантов деятельности Джеральдин, ведь было очевидно, что она могла бы консультировать людей, страдающих от давления со стороны бюрократов разных уровней и государственных чиновников высокого ранга. В конце концов Джеральдин вернулась за парту, чтобы освоить профессию консультанта по налогообложению, и со временем стала специализироваться на помощи людям, которые подвергались запугиванию со стороны налоговых органов.
Свой эмоциональный опыт, вынесенный из детских обид, и умение справляться с давлением Джеральдин перенесла в свою профессиональную деятельность. Все, что ей было нужно от меня, – это чтобы кто-то понял, что выбранный ею способ справляться с проблемами – важное, уважаемое занятие и ее личное призвание. Джеральдин было нужно, чтобы ее выбор приняли.

Б. ЧТО ПРЕДСТАВЛЯЕТ СОБОЙ МОЙ ТУПИК?

Четыре уровня изменений
Определив, в какой (или какие) именно из описанных выше профессиональных тупиков вы попали или каким-то иным образом выяснив, где именно вы застряли, нужно оценить свою ситуацию и продумать выход из нее, решить, что нужно изменить в своей жизни. Ниже приведены обобщенные описания уровней изменений, а порядок их расположения определяется степенью сложности предстоящей личностной или карьерной трансформации.

1. Смена рода занятий
Подразумевается, что человек не может полноценно выразить себя в конкретной профессии, потому что такой возможности в данной сфере для него действительно нет. На выход из этого тупика понадобится много времени и сил, ведь речь идет о смене профессии, кардинальном повороте в карьере, фундаментальных изменениях в характере и содержании работы. А это влечет за собой и личностную трансформацию. Люди, столкнувшиеся с подобным профессиональным тупиком, чувствуют, что выбранный ими способ зарабатывания на жизнь не позволяет им выражать себя, не соответствует их истинным потребностям, поэтому нужно пересмотреть свой профессиональный выбор.

2. Профессиональный рост
В таких изменениях нуждается человек, который на определенном этапе достиг пика своего эмоционального и личностного развития и не может продвигаться дальше в том же профессиональном направлении, хотя чувствует потребность в росте. Часто оказывается, что такие люди не готовы (и прежде всего – эмоционально) к переходу на новый, более сложный уровень. Хотя подобное явление расценивается многими как кризис, на самом деле оно может стать катализатором и подтолкнуть человека к новым горизонтам эмоциональной зрелости. Столь серьезный сдвиг требует дальнейшего эмоционального развития и нового восприятия как
самого себя, так своих отношений с окружающими. Результаты такого процесса иногда проявляются в изменении масштаба профессионального выражения человека: росте дохода от среднего до высокого, переходе с должности менеджера среднего звена на высокий руководящий пост, от выполнения несложных операций к ведущим ролям.
Чтобы эти изменения произошли, человеку нужно развить свою способность эффективно взаимодействовать и с собой, и с окружением. Иногда для этого нужно улучшить свой имидж, научиться смотреть в глаза определенным страхам, которые удерживают на месте. Это может быть страх выразить агрессию, страх неудачи, страх успеха. Саморазвитие и самосовершенствование человека часто выражаются в том, что он берет на себя большую ответственность, ярче выражает себя в творчестве, в менеджменте, в других аспектах, имеющих отношение к его работе.

3. Корректировка сферы и рода деятельности в рамках одной профессии
Это контекстные изменения, требующие прежде всего анализа и оценки положения, роли и места человека в организации, содержания и характера его деятельности.
Без этого движение вперед в рамках данной системы невозможно. Многие люди чувствуют глубокую внутреннюю потребность расти дальше в контексте выбранной ими профессии. Чтобы повысить эффективность своей работы и быть ею удовлетворенным, человеку необходимо видение рабочего контекста, в котором ему комфортно и в котором он может себя выразить, а еще – знание семейных поведенческих схем и ролевых взаимоотношений, передающихся из поколения в поколение. Такого рода изменения могут подразумевать переход из небольшой организации в крупную и наоборот, с позиции наемного работника на позицию фрилансера, от партнерства к индивидуальной деятельности и т.д.

4. Расширение масштаба самовыражения
Когда вы чувствуете, что дело, которым вы занимаетесь и которое вам нравится, не позволяет вам раскрыться полностью, можно расширить свое самовыражение через работу или занятия, с ней не связанные. Деятельность человека – как многослойный пирог, она включает в себя всю совокупность его занятий на работе, дома, в других сферах жизни. Когда потребность выразить себя настолько сильна, что убивает желание добиться высоких результатов и всякую надежду на удовлетворенность собой,
скорее всего, речь идет о «синдроме сгорания». Порой бывает достаточно тщательно проанализировать ситуацию, найти какое-то значимое для себя занятие или хобби (не имеет значения, будет оно связано с работой или нет) и сделать его элементом своей жизненной формулы. Это будет избавлением от профессиональной фрустрации и источником удовлетворенности.

В. ЧТО НУЖНО, ЧТОБЫ ПРОДОЛЖИТЬ ДВИЖЕНИЕ?

Шесть этапов путешествия
Человеку, который чувствует, что топчется на месте, и не видит путей для своего профессионального развития, полезно отправиться в путешествие, состоящее из шести этапов, которое, на мой взгляд, способно вывести его из застоя.

Этап 1. Осознание
На старте карьерных изменений необходимо оценить и описать ситуацию, в которой вы оказались, и заявить самому себе: «Я в карьерном тупике», подтверждая тем самым, что вы застряли именно в профессиональной, а не в какой-либо иной сфере жизни.
Нужно собраться с дух


Залишити коментар
Будь ласка, введіть Ваше ім’я
Будь ласка, введіть коментар.
1000 символів

Будь ласка, введіть email
або Відмінити

Інші статті в категорії Менеджмент, керування, KPI Психологія, емоційний інтелект Саморозвиток